На кого работают экоНПО?

Решение Генеральной прокуратуры РФ заняться проверкой деятельности экологических некоммерческих организаций (НКО) России вызвало среди «зеленой» общественности шок. Еще бы, подобная акция массовой «просветки» третьего сектора на благонадежность проводится впервые. Повода для столь масштабных действий защитники природы не давали. Уже известно, что сегодня прокуратура вплотную приступила к изучению финансовых документов трех российских НКО – «Зеленая Дубна», «Зеленый мир» (Сосновый Бор) и «Экологическая вахта Сахалина», московских общественных организаций «Эколайн» и «Гринпис» и других НПО.
В чем же провинились «зеленые»? Неужели и они запятнали себя связями с криминалом? На эту тему наш корреспондент беседует с исполнительным директором Института «Экоюрис» Александром Веселовым.

– В данном случае речь не о криминале. Скорее всего, государство тревожит другой момент: подавляющее большинство экологических НКО работает на средства западных грантов. В последнее время в прессе появились статьи о западных спецслужбах, собирающих через якобы «прикормленные» общественные организации важную информацию. Есть версии и о негативном воздействии «купленного» третьего сектора на российскую экономику. Все это очень напоминают еще не забытую шпиономанию. Мне кажется, что государство отвлекает таким образом общественное мнение от проблемы коррумпированности государственного аппарата и неограниченного влияния на политические структуры транснациональных корпораций.

Многочисленные общественные организации породила эйфория демократии конца 80-х – начала 90-х годов. На свет появились десятки тысяч НКО. Независимый третий сектор получил государственную поддержку в законодательном и политическом плане. Благотворительности финансово помогал и промышленный сектор, а экологические организации получили правовую возможность действовать как независимые объединения граждан. Политический и экономический кризис резко сократил возможности финансирования благотворительных программ. Финансирование Запада действительно сыграло существенную роль в становлении российских экологических организаций и остается до сих пор важнейшим фактором их поддержки.

– Какие средства благодаря этому инвестируются в Россию?

– Таких данных нет, поскольку существует немалое количество частных и государственных западных фондов, занимающихся поддержкой третьего сектора не только России, но и стран ННГ и Восточной Европы. Например, Агентство США по международному развитию, программы Европейской Комиссии и десятки других программ. Но очевидно, что счет идет на десятки миллионов долларов ежегодно.

Есть, правда, большое подозрение, что часть инвестиций «съедают» псевдообщественные организации, созданные госструктурами, а также сами государственные органы и органы местного самоуправления — на осуществление социальных программ. Зачастую это называется финансирование межсекторального сотрудничества.

– Чем же занимаются экологические НКО?

– Экологическим мониторингом, охраной заповедных территорий, рек и озер, внедрением безопасных для окружающей среды технологий, экологическим образованием и пропагандой, общественным экологическим контролем за соблюдением природоохранного законодательства, защитой прав граждан на благоприятную окружающую среду – перечислить все сложно.

К примеру, в Нижнем Новгороде с помощью общественных организаций удалось реализовать проект по питьевой воде. Теперь в больницах, детских учреждениях, школах города установлены системы очистки питьевой воды. Немаловажная деталь – «зеленых» поддержала местная администрация, причем не только морально, но и финансово.

Благодаря действиям общественности был приостановлен крайне опасный проект Высокоскоростной магистрали «Москва-Петербург». Наш институт «Экоюрис» обратился в суд совместно с общественностью Москвы, Питера и всех субъектов федерации, по которым должна была пройти магистраль. Процесс до сих пор «висит» в Верховном суде, но организованная нами кампания сделала свое дело – финансирование проекта было приостановлено. В том числе и с Запада – «зеленые» по ту сторону границы сумели повлиять на своих потенциальных инвесторов.

Похоже, не менее горячая пора ожидает питерцев. В «Экоюрис» уже обратились ряд организаций по поводу еще одного грандиозного проекта — Балтийской трубопроводной системы. Через этот нефтепровод планируется перегонять к берегам Балтики нефть с российского Севера. Уже ясно, что заказчик нарушил ряд требований природоохранного законодательства. Трасса проходит по 8 субъектам федерации, но общественность 5 из них не дала согласия на проект. Между тем в законодательстве четко сказано, что по проектам, затрагивающим экологические права граждан, надо проводить общественные слушания и получить одобрение местного населения.

– Теперь ясно, почему НКО подозревают во вражде к отечественной экономике…

– Обвинение в непатриотизме – самый простой способ удешевить проект за счет снижения затрат на экологию. А таких желающих у нас великое множество. В качестве примера приведу ту же нефтедобычу. Нефть – черное золото, основа экономики. Но посмотрите, во что превратились территории, где ведется добыча. Уничтожены запасы питьевых вод, рассолы проникают в пресноводные комплексы, водозаборы выходят из строя один за одним. И это происходит на громадных площадях. Люди болеют, становятся хрониками, инвалидами, но пособия по неработоспособности нефтяные компании не выплачивают.

Здоровье — уже экономическая категория. Уже сегодня в России некому служить в армии. А кто будет работать через 10-20 лет? Нынешнее положение — прямое следствие того, что в интересах якобы политических или экономических реализуются экологически опасные проекты.

Вместе с тем, методик, которые позволяют оценить экономический ущерб окружающей среде и здоровью населения нет, либо они с большим трудом позволяют возместить лишь малую часть реального вреда. А поэтому доказать в суде, что именно данное обстоятельство повлияло на здоровье человека или всего населения, мы не можем. Уверен, что такие методики не разрабатываются специально, иначе придется государству и промышленному сектору расплачиваться с людьми за потерю здоровья, вызванную воздействием неблагоприятных экологических факторов. Аналогичная ситуация и по возмещению ущерба, нанесенного окружающей среде.

Здесь еще необходимо учитывать специфику нынешней ситуации. Не секрет, что наше государство является одним из самых коррумпированных в мире. Частным компаниям нужны «быстрые», наименее затратные проекты, в чем они всеми способами стремятся заинтересовать чиновников. Но такие проекты, как правило, наносят природе колоссальный ущерб, а последствия приходится расхлебывать многострадальному населению.

– Столь сильное утверждение нуждается в аргументации.

– Последнее дело «Экоюриса», которое мы вели совместно с «Гринпис» и депутатами Госдумы, касалось разработок полезных ископаемых на Дальневосточных морях. Правительство Степашина разрешило компании ЭКСОН, ведущей нефтегазодобычу на Дальнем Востоке, временный сброс буровых растворов в морскую акваторию. Мы оспорили это распоряжение в Верховном суде, и суд встал на нашу сторону.

В результате 4 января Владимир Путин подписал отмену распоряжения, которое бы нанесло природе и рыбным запасам Дальнего Востока колоссальный ущерб.

Сейчас ЭКСОН ищет лазейки, пытаясь добиться своего, но мы сейчас отслеживаем действия этой компании и ставим вопрос об аннулировании выданной ей лицензии на водопользование. Общественные организации не против развития экономики, но за то, чтобы она развивалась в соответствии с интересами большинства населения.

– Если общественности удалось выиграть столь серьезный процесс, значит НКО действительно становятся реальной силой?

– Да, и в качестве иллюстрации еще один пример. Год назад нам удалось отменить три распоряжения Черномырдина, разрешившего субъектам федерации пустить под топор тысячи гектаров лесов первой группы. Дело в том, что местные чиновники решили использовать самые лучшие уголки своих городов – сады, парки, пруды, озера — для строительства особняков. Верховный суд признал три распоряжения Черномырдина незаконными. К сожалению, еще более десятка аналогичных отменить не удалось – истек срок обжалования.

– За успехи третьего сектора можно только радоваться. Но где же при этом был государственный надзорный орган – Госкомэкология?

– На своем рабочем месте, но позиция этого контролирующего органа все чаще диктуется политическими или еще какими-либо соображениями, не имеющими отношения к его основной функции. Год от года комитет сдает свои позиции природоресурсным органам, и я не удивлюсь, если в ближайшее время возникнут опять такие проекты века, как поворот северных рек. Что касается крупных проектов, они выгодны губернаторам. Большие стройки поднимают рейтинг, обещают оживление экономики региона, раскрывают перспективы. Идет мощное лоббирование таких проектов.

– Вы хотите сказать, что региональные комитеты находится под пятой губернаторов?

– Сейчас все природоохранные органы находятся у местных властей под пятой. Недавний случай — на Сахалине, где Спецморинспекция предъявила иск одной из крупных компаний, сбрасывающей буровой раствор в море. Кончилось тем, что председатель Госкомэкологии В. И. Данилов-Данильян эту инспекцию ликвидировал, введя в состав территориального органа.

– А можно купить «Экоюрис»?

– Имидж создается годами. И если единственная в России работающая эколого-правовая организация допустит такой факт, она потеряет доверие населения, на ней, как общественной организации юристов-профессионалов, можно будет ставить крест. Нам это не выгодно. Кроме того, у нас работают люди – фанатики (в хорошем смысле) своего дела — охраны природы.

– Александр Калинович, есть ли НКО на Западе?

– Участие населения во всех сферах жизни страны – исторически сложившаяся традиция на западе, которой уже больше сотни лет. Количество всевозможных общественных организаций там огромно, причем их создает и само государство. Например, недавно в Вашингтоне я побывал в общественном центре по контролю за банками, отслеживающем финансирование экологически опасных проектов. Если только у проекта не соблюдена какая-то процедура, они ставят вопрос перед госструктурами о нарушении экологического законодательства. В Голандии госорганы финансируют в размере 14 млн. гульденов общественные экологические организации и реализуют с ними совместные проекты.

Этот опыт для нас чрезвычайно важен. «Зеленые» Запада помогают нам информацией, технологиями социальных действий, средствами. У нас общие цели и задачи. Государства договариваются на дипломатическом уровне, а мы — на своем. И они, и мы стремимся, чтобы жизнь развивалась в интересах жителей. Права человека на охрану здоровья, на сохранение среды обитания – интернациональны, и борьба за их осуществление нас объединяет.

– И все-таки не совсем понято, зачем наши западные соседи так тратятся на Россию?

– Они хотят обезопасить себя от непредсказуемого экологически опасного соседа, которым являются все страны СНГ. Земля слишком мала, как сейчас выяснилось, чтобы соседи одной шестой части суши чувствовали себя спокойно, глядя на наши экологические безобразия.

Воздействовать на наши госструктуры на уровне дипломатии не просто, поскольку в нашей стране постоянно меняется власть. На производственный сектор тоже трудно повлиять – получастная собственность и экономическая нестабильность привели к тому, что такого единого сектора попросту нет. Остается одно – некоммерческий – третий сектор. Западная помощь активизирует общественное мнение по проблемам развития демократии в нашей стране, учета общественного мнения в принятии экологически значимых решений. Политический интерес здесь, безусловно, просматривается. Но, он совпадает с интересами нашего общества. И не верьте тому, кто утверждает, что экология отделена от политики. Охрана природы уже и экономическая категория. Надеюсь, что скоро в России, как и в развитых странах, о настоящем и будущем поколении будет беспокоиться не только общественность, но и государство. А пока заболеваемость и смертность населения России растет, и кто же поможет нам, если не мы сами?

Беседовала Лина ЗЕРНОВА
 
ПОИСК ПО САЙТУ
© 2001-2017 ООО «ИнЭкА-консалтинг»
Контакты ИнЭкА:
+7 3843 720575
720579
720580
ineca@ineca.ru
создание сайтов