Эко-бюллетень ИнЭкААрхив№ 5 (64) > ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНА

Ресурсные платежи и приоритеты экологизации экономики Кемеровской области

Мекуш Г. Е.,
к.г.н., доцент кафедры общей и региональной экономики КемГУ, руководитель рабочей группы «Инструменты экологического управления»

В настоящее время в России формируется новый экономический механизм хозяйствования и, соответственно, новый экономический механизм природопользования. Для суперресурсной страны это очень важно, но для Кемеровской области это не менее важно. Дело в том, что существующий экономический механизм не стимулирует рациональное природопользование и поэтому нужен новый механизм.

В своем исследовании, члены рабочей группы под экономическим механизмом природопользования понимают совокупность плановых, финансовых, административных и других мер, которые стимулируют природопользователя делать природоохранную деятельность неотъемлемой частью своей хозяйственной деятельности.

Существуют разные методы стимулирования рационального природопользования, но мы объединим их в две группы: позитивные и негативные.

Позитивные методы включают поощрения в виде льготного налогообложения, кредитования, надбавок к ценам за экологическую продукцию и т. д.

Негативные методы, в первую очередь, предполагают платность природопользования.

Экологическое законодательство определило систему платежей за использование природных ресурсов: разовые, регулярные, карательные и компенсационные.

Основная цель введения платности – стимулировать рациональное природопользование. Основное их назначение – формировать финансы страны и региона.

Рисунок 1 показывает, что в Кемеровской области основную долю в налоговых поступлениях имеют, как и положено в ресурсном регионе, топливная промышленность, черная металлургия, электроэнергетика и др. отрасли. Это схема налоговых поступлений в области, которая своим теплом «согревает всю страну», добывая более 40 % угля России.

Рисунок 2 показывает структуру налоговых поступлений по Кемеровской области на этот же период, где доля платежей за природные ресурсы в суперресурсном регионе составляет всего 9 %.

Структура налоговых платежей по предприятиям выглядит примерно так же. Эти данные красноречиво показывают депрессивность ситуации в регионе.

Крайне неодинаковой оказалась и доля платежей за отдельные виды природных ресурсов (рис. 3).

Основную долю занимают полезные ископаемые и земельные ресурсы. Лес, который занимает более 60 % территории области и очень активно эксплуатируется, дает всего 0,01 %. Анализ этого материала позволяет сделать вывод о том, что существующий на данном этапе экономический механизм совершенно не стимулирует рациональное природопользование.

Современный тип эколого-экономического развития экономики Кемеровской области можно определить как техногенный. Это природоемкий (природоразрушающий) тип развития, базирующийся на средствах производства, созданных без учета экологических ограничений. Его характерная черта – быстрое и истощительное использование невозобновляемых видов природных ресурсов (полезных ископаемых) и сверхэксплуатация возобновимых ресурсов (почва, вода, лес и пр.) – со скоростью, превышающей возможности их воспроизводства и восстановления.

Но есть различные модели техногенного типа развития и немало концепций и теорий по этому поводу. С позиций эколого-экономической политики можно выделить три обобщенные модели техногенного типа развития: фронтальной экономики, экономического развития с учетом охраны окружающей среды и, наконец, модель устойчивого развития, концепцию которой приняла и Россия (и к выработке которой, по-видимому, в таком случае должен стремиться и Кузбасс) (табл. 1).

Таблица 1.
Технологические укладыФорма хозяйственного механизмаМодель экономики
1. Доиндустриальныйнатуральное хозяйствофронтальная экономика
2. Индустриальныйрыночное хозяйствофронтальная экономика
3. Постиндустриальныйрыночно-регулируемыйэкономическое развитие с учетом охраны окружающей среды
4. Информационный (ноосфера)рыночно-плановыйустойчивое развитие

До самого последнего периода основное внимание в экономической теории и на практике уделялось двум факторам экономического роста – труду и капиталу. Природные ресурсы предполагались неистощимыми, и уровень их потребления по отношению к возможностям их восстановления и запасам не рассматривался в числе параметров, определяющих развитие.

Вне рассмотрения оставались и последствия экономического развития в виде различного рода загрязнений, деградации окружающей среды и ресурсов. Не изучалось и обратное влияние, обратные связи между экологической деградацией и экономическим развитием, состоянием трудовых ресурсов и качеством жизни населения. Специалист в области системного анализа К. Боудинг назвал такую модель «фронтальной экономикой». Целевая функция этой экономики известна с детских лет нескольким советским поколениям: «Нельзя ждать милостей от природы, взять их у нее – наша задача».

Модель фронтальной экономики, игнорирующей экологические последствия, характерна для двух технологических укладов – доиндустриального с его натуральным хозяйством и индустриального с рыночной системой хозяйства.

Постиндустриальная рыночно-регулируемая экономика избирает экономическое развитие с учетом охраны окружающей среды.

И лишь следующий этап развития, с информационным технологическим укладом (ноосфера), с рыночно-плановым механизмом в экономике, соответствует типу устойчивого социально-экономического и экологического развития.

К третьему, высшему на сегодня варианту экономического развития, постиндустриальному, относят высокоразвитые страны мира (Япония, Германия, Канада и др.). В рамках концепции охраны окружающей среды этим странам удалось добиться определенной экологической стабилизации. Хотя и тут во главу угла по-прежнему ставят интересы экономики, но учет экологического фактора уже признается необходимым, так как деградация природной среды существенно замедляет экономический рост.

Анализ эколого-экономической ситуации в Кемеровской области, которая по всем параметрам соответствует зоне экологического бедстствия, позволяет отнести ситуацию ко второму «сценарию»: фронтальная экономика с индустриальной технологией и рыночным хозяйством.

Экономика региона работает по принципу «черного ящика», где на «входе» природные ресурсы, а на «выходе» готовая продукция и отходы. И поскольку продукции не хватает, то, не заглядывая в «черный ящик», мы добавляем к «входу» еще больше природных ресурсов. На самом же деле, чтоб изменять ситуацию в экологии, нужно открыть «черный ящик» и разобраться, в чем наши проблемы.

Этот сложившийся экономико-экологический тип развития народного хозяйства в области ставит целый ряд ограничений: экологических, инвестиционных и социальных.

Так, колоссальный износ промышленного, транспортного и очистного оборудования (80-90 %) ведет к опасности возникновения крупных техногенных аварий, экологических катастроф и делает невозможным безопасное развитие экономики без учета экологического фактора.

Для поддержания техногенного, природоэксплуатирующего комплекса требуется все большее количество инвестиций. Затраты неуклонно растут, однако их эффективность падает. Увеличивается диспропорция между выходом готовой продукции и затрачиваемыми на это средствами. Поэтому на поддержание экологического баланса и природоохранные мероприятия средств не остается.

Наличие корреляционной зависимости между загрязнением природной среды и заболеваемостью населения Кузбасса (0,3-0,95) тоже ни у кого не вызывает сомнений, но приоритетное финансирование природоразрушающих производств приводит к «ущербной» реализации социальных программ.

Следовательно, мы должны сделать вывод: необходима смена сложившегося техногенного типа развития на другой, с учетом охраны природной среды. Но какой?

Особенностью современного этапа для России является одновременность смены и парадигмы технологического развития, и формы организации политико-правовых и экономико-хозяйственных связей, то есть формирование новых форм собственности и организации производства. В этой ситуации есть историческая возможность воспользоваться моментом – обеспечить переход на новые формы хозяйствования на новом, более высоком технологическом уровне. Любопытно и полезно было бы областной власти оценить планы и действия владельцев промышленности с этой точки зрения и затем представить возможности влияния этих изменений на экологию области.

Одним из основных направлений в изучении сложившейся ситуации, как мне кажется, должно быть формирование новой методологической базы в экономике природопользования. Во-первых, необходимо разработать региональную модель уже сложившейся эколого-экономической ситуации. Во-вторых, нужна и модель экономики, переход к которой намечается в настоящее время. В третьих, определиться, какой экономический механизм природопользования обеспечит более безболезненную экологизацию экономического развития области на следующий отрезок времени.

Исследователи экономисты-экологи МГУ выделяют три типа экономического механизма природопользования (табл. 2).

Таблица 2. Типы экономических механизмов природопользования
Тип экономического механизмаОсновные черты и признаки
I. Ограничивающий («догоняющий»)Ставит самые общие ограничительные рамки для экономического развития, практически не тормозя его.
II. Жесткий («подавляющий»)Жесткая налоговая, кредитная, штрафная политика практически подавляет развитие определенных отраслей в области расширения их природного базиса. Способствует экономии природных ресурсов.
III. Стимулирующий устойчивое развитие («устойчивый»)Стимулирует развитие экологосовместимых и природоохранных производств и видов деятельности, способствует увеличению производства на базе новых технологий.

Первый – ограничивающий («догоняющий»). Он ставит самые общие ограничительные рамки для экономического развития, практически не тормозя его.

Второй – жесткий («подавляющий»). При нем жесткая налоговая, кредитная и штрафная политика практически подавляет развитие определенных отраслей в части расширения их природного базиса. Он способствует экономии природных ресурсов.

Третий – стимулирующий устойчивое развитие («устойчивый»). Он стимулирует развитие экологосовместимых и природоохранных производств и видов деятельности, способствует увеличению производства на базе новых технологий.

Очевидно, что в Кузбассе формируется первый, «догоняющий» тип экономического механизма природопользования. Экологические требования к природопользователям очень мягкие. Удельный вес платежей за загрязнение окружающей среды в себестоимости их продукции редко достигает одного процента, а существующая система ресурсных платежей не стимулирует рациональное природопользование.

Можно сделать вывод, что в основу разработки экономической стратегии должен быть положен принцип региональной индивидуальности, учитывающий уровень развития производительных сил региона. Современную же эколого-экономическую модель Кемеровской области можно определить как типичный регион с фронтальным типом экономики и мягко ограничивающим, «догоняющим» экономическим механизмом природопользования. Следовательно, если без иллюзий: экологическое оздоровление экономики региона – отдаленная и требующая длительной работы перспектива.

В этой связи возникают вопросы:

  1. Какая должна формироваться экологическая политика в области?
  2. Какие экономические подходы и инструменты должны стимулировать рациональное природопользование?
  3. Где взять деньги на реализацию экологической политики? И сколько она будет стоить для Кузбасса?

На последний вопрос можно ответить, исходя из опыта стран Западной Европы. Для реального достижения цели необходимо 15-20 лет с затратами в 10-15 млрд. долларов. Взаймы нам таких денег никто не даст. Их нужно заработать.

Какие, на наш взгляд, должны быть приоритеты, методы, подходы в разработке и реализации региональной экологической политики? На данном этапе разработки концепции экологической политики Кемеровской области мы остановимся лишь на нескольких приоритетах:

1. Экологизация развития экономики через ее реструктуризацию.

Опыт стран Западной Европы и Северной Америки это убедительно доказывает. Сделав в 70-80 г.г. приоритетными направления децентрализации и реструктуризации экономики, они достигли огромных успехов в экологизации экономического развития. Теоретические и методологические основы данного направления с его региональными особенностями уже изложены в работах В.С. Сурнина, С.В. Березнева, А.М. Лаврова и других ученых из Кемерова и Новосибирска.

2. Реструктуризация доходов в бюджет за счет увеличения доли ресурсных платежей.

Радикальные изменения в структуре доходов, по нашему мнению, должны наступить после внедрения рентных отношений в природопользовании. Смысл в том, что государство намерено получать устойчивую ренту со своего главного богатства – сырьевых ресурсов. Соответствующие законопроекты по городским землям и недрам уже находятся на рассмотрении в Государственной Думе. Федеральная власть и президент настроены по этому вопросу очень решительно, поэтому противостояние крупных природопользователей и региональных властей может иметь временный характер. Естественно, речь не идет об абсолютизации ренты.

Увеличение размеров платежей за природные ресурсы возможно только при уменьшении величины других налогов (НДС, подоходный и др.). Поскольку, как полагали классики, три первичных дохода взаимозаменяемы как источники налогообложения, то основное бремя падает на рентный доход от использования земли и других «продуктов природы». Это позволит заработать больше средств на реализацию природоохранных программ и привести к реструктуризации экономики в ресурсных регионах. Нерентабельные предприятия действительно должны будут закрываться или перепрофилироваться.

3. Экологизация экономического анализа или формирование экологоориентированных национальных счетов.

Этот приоритет обозначился в процессе работы со специалистами по разработке природоохранных программ из экологической службы Кемеровской области. Проблема состоит в том, что существующие методики по определению эффективности природоохранных мероприятий и оценке экономического ущерба от загрязнения очень несовершенны. В статистической отчетности от предприятий можно увидеть в природоохранных затратах те затраты, которые к ним не имеют никакого отношения (покупка компьютеров, погрузочной техники и т. д.).

Национальные счета и межотраслевой баланс – это два направления в балансовых построениях на макроэкономическом уровне. Их объединяет то, что, в отличие от простой системы экономических показателей, они дают количественную характеристику процессов. Любой экономический показатель, содержащийся в таблице 2, выражает движение стоимости между хозяйственными объектами. Увязав в национальных счетах экономическую деятельность, охрану окружающей среды и ее состояние, можно будет рассчитать величину устойчивого национального дохода, а используя динамическую модель межотраслевого баланса – определить оптимальный путь к устойчивому использованию окружающей среды.

Простой пример. Рост валового регионального продукта (ВРП) от добычи угля будет сопровождаться более быстрым ростом экономического ущерба от загрязнения, что отражает неустойчивый характер развития экономики. Это становится еще более актуальным, потому что в Кемеровской области разрабатывается концепция стратегического развития до 2010 года, где планируется в ближайшие годы добычу угля увеличить до 150 млн. тонн. Последствия такого развития неминуемо повлекут за собой то, что все большая часть ВРП должна направляться на восстановление окружающей среды.

Использование экологически ориентированных национальных счетов позволило бы не только экологизировать экономический анализ, но и определить оптимальное соотношение между объемом эксплуатации природно-ресурсного потенциала, состоянием окружающей среды и эффективностью природоохранных мероприятий, приводящих к увеличению ВРП, а не к снижению его за счет затрат на ликвидацию экологического ущерба.

 
ПОИСК ПО САЙТУ
© 2001-2017 ООО «ИнЭкА-консалтинг»
Контакты ИнЭкА:
+7 3843 720575
720579
720580
ineca@ineca.ru
создание сайтов